Дрожащее дыхание Ю Сон У звучало тоскливо. Он, кажется, без сомнений принял слова Хо Рюна за мысли Чэ Мин. Ю Ён же терзалась сомнениями: солгал ли Хо Рюн в отместку за недавнее или правда понимает зомби? Ведь по пути сюда он ничего подобного не говорил.

Сквозь редеющий туман проступал силуэт Хо Рюна, смотревшего на рухнувшего Ю Сон У. В его глазах читалось человеческое сострадание к этой трагедии. Нет, Хо Рюн не стал бы так использовать слабости. Значит, он скрывал свои изменения.

«Чэ Мин меня ненавидит.»

«Нет, не ненавидит.»

Вспомнив тот разговор, Ю Ён поняла, почему он ответил так уверенно.

Она прислонилась лбом к стеклу и глубоко вдохнула.

— С каких пор?

Вопрос без контекста, но Хо Рюн, похоже, понял, хотя избегал ее взгляда.

— …Не знаю, — пробормотал он тише шороха насекомого.

Но Ю Ён нужно было знать, как долго он скрывал правду.

— Вчера?

— И вчера…

Значит, вчера он тоже понимал. Перед глазами мелькнула его спина, когда он убивал зомби, и в животе заныло.

— Почему не сказал?

— Зачем? Что это дало бы?

— Все равно надо было сказать.

Обида, грусть или вина — она не могла разобраться. Мысль, что крики, которые она считала просто воплями Чэ Мин, несли смысл, была мучительна. А Хо Рюн слушал это вчера весь день. Внутри она корила себя за то, что не заметила его изменений. Какое право она имела называть Ю Сон У бесчувственным?

— Это было неважно. В основном они только о голоде говорят…

— А что кроме голода?

Хо Рюн закусил губу, явно колеблясь между ложью и правдой. Под ее пристальным взглядом он сдался:

— Просто о боли. Вы же знаете, что говорят люди, умирая…

— …

Она знала: стоны, крики боли. Поэтому старалась целиться в голову, чтобы убить сразу. Живые существа чувствуют боль и боятся смерти. Это очевидная истина, но, подтвержденная, она обрушилась на плечи Ю Ён, делая каждый ее поступок еще более жестоким.

— Поэтому ты скрыл, да?

— Зачем знать? Чтобы выжить, надо убивать, это не меняется…

Он снова думал о ней. Ю Ён, поглаживая спину стонущего Ю Сон У, спросила:

— Чэ Мин тоже говорит, как другие, или иначе?

— Иначе. В отличие от уличных зомби, она не говорит о голоде, выражает разные мысли. Сейчас она затихла.

— Значит, когда голод утолен, появляются другие мысли. Тогда… возможно, хозяин собаки тоже…

Ю Ён посмотрела на собаку, виляющую хвостом рядом с лежащей Чэ Мин. Чувство вины сдавило горло, но Хо Рюн, поднявшись, постучал по стеклу, привлекая ее внимание.

— Хозяина собаки убил я, не вы, старшая. Не вините себя.

Это была неправда. Хо Рюн считал старика неопасным и не доложил, а приказ стрелять отдала Ю Ён. Но она поняла, почему он скрыл это, и кивнула.

Если бы она показала шок или отчаяние, он бы продолжал скрывать свои изменения. Это опасно и может привести к плохим последствиям. Ю Ён посмотрела ему в глаза.

— Теперь говори честно о любых изменениях. Не скрывай. Понял?

— Да, понял.

— Обещай.

Она прижала мизинец к стеклу. Хо Рюн замер, глядя на него, затем прижал свой мизинец к стеклу с другой стороны.

— Обещаю.

Когда разговор затих, Ю Сон У, собравшись, поднялся и посмотрел на Хо Рюна. Его лицо было бесстрастным, взгляд — холодным.

— Укусишь — не пощажу.

Угроза означала осмотр без анестезии. Хо Рюн пожал плечами, добродушно улыбнувшись.

— Вы трусоваты для своего вида. Если так боитесь, наденьте на меня намордник.

— Хочешь жить здесь — держи язык за зубами.

— Мне часто это говорят. Так, я выхожу?

— Нет, я захожу. Отойди.

Ю Сон У подкатил тележку с инструментами к стеклянной двери. Скальпели и иглы сверкали, заставляя глаза слезиться. Открыв дверь, он закашлялся — видимо, из-за остатков анестетика.

— Жжет, да? — ухмыльнулся Хо Рюн.

Но Ю Сон У, без раздражения, кивнул.

— Жжет. Неудивительно, что ей не нравится.

Его подавленный тон смутил Хо Рюна. Его правило — быть жестким с сильными и мягким со слабыми — не работало с ослабевшим Ю Сон У.

Сняв с Хо Рюна наручники, Ю Сон У уронил их на пол с глухим стуком. Хо Рюн, растирая освобожденные запястья, улыбнулся.

— Руку.

Надев тонкие перчатки, Ю Сон У грубо задрал рукав Хо Рюна и воткнул иглу в вену.

— Ауч, вы точно попали в вену? Больно.

— Не знаю. Лишь бы кровь пошла.

Темная, густая кровь наполнила шприц. Игла выдернулась без предупреждения. Это не походило на обычные медосмотры. Ю Сон У не предложил даже ватки, и из дыры потекла кровь.

— А кровоостанавливающее…

— Вы же быстро заживаете. Какое еще кровоостанавливающее.

Действительно, вскоре дыра затянулась без следа. Ю Сон У, кивнув, перелил кровь в пробирки.

— Раздевайся.

— Полностью?

Хо Рюн, расстегивая пуговицы, обнажил бледную грудь. Ю Сон У поморщился, словно увидел что-то неприятное.

— Да, до белья.

В голосе чувствовалось смирение. Упоминание белья напомнило Ю Ён о вчерашнем «змее». Она отвернулась. Хоть она и видела его наготу, полностью обнаженное тело оставалось для нее неизведанной территорией.

— Старшая же здесь, — сказал Хо Рюн.

— Разве вчера ты не «спускал пар» при ней? Чего теперь стесняться?

— Ну, она мельком видела… Но там не на что смотреть.

— А, черт… — Ю Сон У заметил, что Ю Ён уже отвернулась. — Чего ты.

Ю Ён кашлянула, успокаивая Хо Рюна.

— Не смотрю. Проходи осмотр.

Звук ткани, трущейся о кожу, и одежды, падающей на пол, отозвался сухо. Ю Ён, невольно вспоминая ту ночь, сглотнула. Когда звуки стихли, Хо Рюн заговорил:

— Разделся.

Мысль о его наготе парализовала Ю Ён. Но любопытство об осмотре и состоянии Хо Рюна заставило ее напрячь слух, вслушиваясь в их разговор.

— Внешне от других зомби отличий нет… Разве что цвет глаз. Чувствуешь что-то необычное? Мышцы всегда были такими?

— Хм… Внешне я раньше был куда красивее.

— …

Молчание Ю Сон У источало гнев. Ю Ён хихикнула, покачиваясь. Красивый так или иначе, но, похоже, прежнее лицо ему нравилось больше.

— Я видел тела зомби, и особых отличий нет. Бледные, с проступающими венами, похожи на трупы, мерзко.

— Не надо унижать. Значит, кроме глаз, внешних отличий нет.

— Да, кроме глаз, ничего. Изменения — невероятная сила, регенерация и… странно бурлящие желания.

— Аппетит?

— Да. Аппетит… или влечение.

Влечение. Ю Ён вспомнила прошлую ночь, когда Хо Рюн, с горящими глазами, был одержим ею. Его «бурлящее» желание было отчаянным и страстным.

— Это просто аппетит. Влечение — лишь способ заглушить его. Но это не решает проблему.

— Еду я вырываю.

— Знаю. Если станет невыносимо, скажи.

Ю Сон У говорил как врач, предлагая решение — вероятно, кровь из холодильника. Хо Рюн молчал.

— Не сдерживайся, чтобы не натворить дел. Мне-то ладно, но Ю Ён опасно. Ты же не хочешь укусить своего командира, приведшего тебя сюда?

Хо Рюн тяжело выдохнул.

— …Понял.

— Где укус?

— На этой руке.

— Шрамов много.

— У всех в нашей работе так.

Даже в толстой военной форме царапины и ссадины неизбежны. У Ю Ён тоже было полно шрамов.

— Старые шрамы остаются? Даже после превращения?

— Человеческие — да. А что на спине? Большой шрам.

На спине? У него шрам на спине?

— А, это… Не знаю, откуда. Просто однажды появился.

Глава 41