— Эй… ты же туда кончил, как так можно!

— Ху… простите, старшая. Тут так приятно… я на миг потерял голову.

Хо Рюн сжал ее ягодицу большой рукой, жадно ее разминая. Влажные большие половые губы то прилипали, то отрывались, издавая непристойные звуки. Один этот звук вызывал образ паутины, растянутой внутри. Белье, промокшее от ее выделений внутри и его спермы снаружи, было в полном беспорядке.

— Что ты делаешь… слезай уже.

— Еще чуть-чуть, старшая. Пожалуйста, еще немного. Я хочу еще.

Он придавил ее ягодицы своим весом, капризно бормоча. В его голосе сквозила привычная игривость. Это явно отличалось от того, как он смотрел на нее, словно пожирая, после первого оргазма, или бросался к ее телу после второго. Его тело обмякло после разрядки, и в голосе больше не было боли. Похоже, его силы действительно ушли, и он обрел покой.

— Не хочу. Хватит, я больше не буду помогать. Слезай.

— Ну, еще один раз, старшая. Тогда точно будет нормально.

— Ты и сейчас в порядке, это же видно!

— Нет, правда, еще один — и будет нормально. Если вы поможете, я быстро… ну, пожалуйста?

Он поглаживал ее пальцы, шепча ей на ухо. Одновременно он медленно вращал бедрами, слегка касаясь ее входа своим все еще набухшим членом. От скользящего трения его орган, снова твердеющий, внушал страх. Но, вопреки ее воле, ее сверхчувствительное тело реагировало на малейшее касание, вздрагивая.

Ю Ён, стыдясь своего тела, спрятала лицо в рассыпавшихся волосах.

— Не хочу. Мне стыдно…

— Чего стыдиться, старшая? То, как вы чувствуете, чертовски красиво…

— Она… все видит.

— Она?

Взгляд Хо Рюна наконец оторвался от нее и переместился на собаку. Пес, словно поняв, что речь о нем, подошел и начал обнюхивать Ю Ён, лежащую на полу. Его влажный нос коснулся ее пылающего уха, и она затопала ногами от стыда.

— Ты, мелкий… самец, да? Куда лезешь…

Хо Рюн буквально зарычал, отгоняя собаку жестом. Даже этот момент был для Ю Ён унизительным.

— Слезай быстрее… я не буду.

— Ну почему, старшая? Я прогоню ее, хорошо?

Его настойчивость напомнила о его состоянии. Теперь он хотел не просто разрядки ради выживания, а эмоциональной близости и удовольствия.

— Хо Рюн, ты тяжелый. Слезай.

— Тц.

Его надменная реакция на отказ немного успокоила ее. Он медленно поднялся. Когда их тела разомкнулись, Ю Ён ощутила холод, будто с нее сдернули одеяло.

— Ох, сейчас опять влетит… — пробормотал он сзади.

Ю Ён слегка повернула голову, чтобы взглянуть. Его взгляд был прикован к ее центру, но с ее позиции виднелись только округлые ягодицы.

— Что там?

— Не двигайтесь пока, старшая. Тут… немного бардак.

— Судя по тому, как ты боишься выговора, не «немного».

— Да, довольно сильно... Простите, старшая. Я немного потерял голову.

Он подполз к углу и вытащил несколько сухих салфеток. Полностью сняв ее брюки, спущенные до колен, он медленно раздвинул ей ноги.

— Ты что делаешь? Зачем раздвигаешь?

— Надо же вытереть, старшая. Не шевелитесь. Я уже все ваше тело видел, так что нечего стесняться. К тому же мы уже спали вместе.

Спали вместе — эти слова, сказанные, чтобы успокоить, звучали абсурдно, но его мягкие прикосновения к бедрам были успокаивающими, и она покорно позволила ему продолжить.

— Старшая, вы всю воду из организма выплеснули. А запасов почти нет.

Его заботливый тон заставил Ю Ён резко нахмуриться, несмотря на сонливость.

— Ты и правда лицемер. Если бы волновался, не затеял бы это.

— Честно, я не собирался заходить так далеко. Просто в какой-то момент потерял голову.

Она знала, что он говорит правду. Когда он укладывал ее, он был как другой человек. Но то, что он все же сдержал обещание, было в какой-то мере похвально.

Хорошо, что его жидкости не заразны, иначе от поцелуев и этого псевдосекса она бы уже подхватила что угодно.

— Из-за тебя я вообще на такое иду.

— Ради меня, старшая, вы и не на такое идете. Может, это любовь, о которой вы не подозреваете?

— Судя по твоей болтовне, ты точно в порядке.

— Да, благодаря вам… Я думал, сойду с ума.

Он мягко вытирал область вокруг промокшего белья, слегка улыбаясь. Его прикосновения к ее входу через тонкую ткань заставляли низ вздрагивать. Жар от трения еще не утих.

— Старшая… я вытираю, а вы опять течете.

— Это из-за тебя! — огрызнулась она.

— Из-за меня? Приятно слышать.

Ее раздражение встречало лишь его наглые ответы, и лицо Ю Ён пылало.

— Хватит. Я сама.

Она села, взглянув вниз. Ее бедра, вытертые им, были в порядке, но белье промокло так, что просвечивало. Его форма, подстеленная под нее, была испачкана их смешанными жидкостями.

— Сидите спокойно, старшая. Я вытру.

Бледная рука внезапно появилась в поле зрения, надавливая на ее вход. То же прикосновение, но вид его руки, касающейся ее, заставлял низ гореть сильнее. Ю Ён, стиснув губы, выхватила у него салфетку.

— Не трогай больше.

Она ответила резко, но лицо пылало. Он, заметив это, сдержал улыбку, сжав губы. Ю Ён принялась вытирать внешнюю сторону белья, впитывая влагу.

— Неприятно, да? Может, пока так высушить, старшая? В брюках будет еще влажнее.

Он был прав. Запасного белья не было, а до душа в лаборатории Ю Сон У завтра не добраться. Тем временем он, замолчав, разглядывал ее обнаженные ноги. Его взгляд, полный желания и любопытства, был слишком знакомым, несмотря на то, что они уже пережили бурный момент. Ю Ён буднично спросила:

— Ладно, я как-нибудь. А что с твоей формой? Даже если высушить, будет противно.

— Выброшу. Надену только верхнюю куртку.

— Легко говоришь.

— В часть не вернусь, температура мне не важна, защита тоже не нужна. В моем положении цепляться за форму нет смысла.

Его горькие слова заставили ее кивнуть, изучая его лицо. Она ожидала, что он думает о мрачном будущем, но он лишь пялился на ее центр, облизываясь. Когда она медленно сдвинула ноги, он тут же выдал:

— Чтобы высушить, лучше раздвинуть пошире, старшая. Ткань ведь надо расправить…

— Хватит нести чушь, иди сюда.

Она похлопала по месту рядом. Он замер, будто сопротивляясь, но, увидев ее строгий взгляд, с сожалением проследил за ее ногами и натянул брюки. Его член, уже вытертый, выглядел чистым и сухим, словно ничего не было. Ю Ён же, все еще мокрая, почувствовала несправедливость.

Убрав следы, он сел рядом, на место, освободившееся после собаки.

— Ближе, — позвала она.

Когда она протянула руку, Хо Рюн послушно прижался к ней щекой, словно верный щенок.

— Похоже, ты правда успокоился.

Его закрытые глаза и лицо выглядели умиротворенными. В нем чувствовалась леность самца, выпустившего страсть.

— Больше не болит?

— Нет.

— Хорошо. Видно, это правда сильно выматывает.

Убедившись, что его дыхание выровнялось, а мышцы расслабились, Ю Ён тоже полностью успокоилась, и ее тело обмякло. Короткий сон восстановил силы, но теперь они снова иссякли. Она хотела убрать руку, но он поймал ее и снова прижал к своей щеке.

— Я еще могу, старшая.

Он вдруг проявил уверенность. Ю Ён нахмурилась, устало выдернув руку.

— Даже не мечтай.

— Просто чтобы вы знали.

Она отмахнулась и легла.

— Устали, старшая? Простите.

Он лег рядом, и его лицо стало серьезным, без тени игривости.

— Это была экстренная ситуация, ничего.

— До рассвета часа два. Спите, старшая.

Два часа — драгоценное время. Чтобы завтра идти, надо хоть немного поспать.

— Если что-то покажется странным, не терпи, буди меня. Понял?

— Зачем, опять поможете, старшая? — его лицо снова озарилось наглой улыбкой.

Но Ю Ён, закрывая глаза от усталости, пробормотала:

— Я должна видеть тебя, чтобы быть спокойной.

Меняйся, умирай — но передо мной.

Ее последние слова не дошли до него. Сознание Ю Ён тяжелело, погружаясь в темную глубину. Хо Рюн подставил ей свои объятия, чтобы она могла спокойно уснуть.

Глава 34