Что, чёрт возьми, происходит…

Рюн раз за разом зажмуривал глаза, не в силах поверить, что всё это — реальность. Её движения, будто очерчивающие форму его губ, были странно возбуждающими, а медленно опускающиеся веки словно звали его приблизиться. Когда он наконец осознал, что это не сон, в голове вспыхнула другая мысль — а не ошибся ли он в трактовке её намерений?

Медленно выпрямившись, он пересчитал пустые бутылки на столе. Три — гораздо больше, чем она обычно выпивает. Время перевалило за полночь, в банкетном зале осталось лишь несколько человек, сидящих по разным углам.

Допоздна засиделись...

Она всё ещё лежала лицом на столе, не сводя с него глаз. Хо Рюн кашлянул и потёр разгоряченную шею. Что-то тут было не так. Обычно она и взглядом его не удостаивала, а тут отвечала на его слова, даже про семью заговорила…

Может, беда в том, что он, видя, как она с аппетитом ест, подливал ей слишком много? Нет, она не из тех, кто пьёт сверх меры, если не хочет. Видимо, чувство вины за собаку, оставшуюся одну, мучило её сильнее, чем он думал.

— Командир, вы сильно пьяны. Давайте я провожу вас в комнату.

— Я пьяна? — неожиданно для неё самой переспросила Ю Ён и выдохнула хрипловатый смешок, полный её теплого дыхания. Хо Рюн, ударив себя по бешено колотящейся груди, вздохнул.

— Да, вы подозрительно милая. Кажется, вы меня сейчас соблазняете…

Он невольно прикоснулся к губам — туда, где минуту назад была её рука — и встретился взглядом с её затуманенными глазами. Эти обычно сверкающие зрачки теперь были как будто затянуты дымкой. Впервые она показалась такой… беззащитной. И именно это пробудило в нём то, о чём он даже не подозревал.

— Так и сойти с ума недолго…

Пробормотав себе под нос, Хо Рюн вдруг сильно ударил себя по щеке. Любовь задавила похоть, и он резко вскочил.

— Сможете встать? Или вас понести?

— Нет, я могу встать. Я не пьяна, — пробормотала она, опираясь на его руку и медленно поднимаясь. Голос её был мягок, как во сне — именно так звучит человек, едва стоящий на ногах. Хо Рюн подхватил её под колени и одним движением поднял на руки.

Несмотря на внезапный подъём, Ю Ён не удивилась, а лишь хихикнула. Обычно за такое он бы уже получил пощёчину.

— Не пьяна, конечно…

Хо Рюн, покосившись на неё, покорно лежащую в его объятиях, прикусил губу. Ему было стыдно — как будто он использует пьяного человека в своих интересах. Убедив себя, что это просто помощь пьяному начальнику, он медленно вышел из банкетного зала.

В коридоре, ведущем к жилым комнатам, раздавался только звук его шагов. Остановившись у двери 301, он слегка встряхнул Ю Ён в своих руках.

— Командир, мы на месте. Отпечаток.

— Угу...

Она лениво подняла руку и приложила ладонь к центру двери. Раздался лёгкий механический звук, дверь открылась, и свет автоматически зажёгся. Ещё не войдя, он почувствовал её аромат, наполняющий комнату, отчего затылок напрягся, а сознание помутилось.

— Кровать…

Ю Ён, постучав по его груди, указала на кровать. Это был приказ опустить её туда. Хо Рюн, невольно затаив дыхание, шагнул вперёд. Дверь за ними закрылась.

Волнующий момент — он впервые оказался в комнате, в которую раньше только заглядывал снаружи. Но у него не было времени осматриваться: он сосредоточился на выполнении приказа — положить её на кровать. Его мозг изо всех сил сдерживал инстинкты, рычащие внутри, чтобы не думать о лишнем.

Когда он наклонился, чтобы уложить её, их тела сильнее соприкоснулись, и он почувствовал жар её кожи — жар, которого раньше не замечал.

В тот момент, когда он положил её на мягкую кровать, она, словно испугавшись падения, обхватила его шею обеими руками. Тихая комната, кровать, любимая женщина…

Блять! Аминь, Будда, Гуаньинь…

Вспомнив учения Будды, в которого он не верил, Хо Рюн сглотнул и посмотрел на неё сверху вниз:

— Командир, теперь можно отпу… — «отпустить» — слова так и не слетели с языка, застряв на кончике.

Всё произошло внезапно. Её белое лицо заполнило всё его зрение, мягкое дыхание коснулось губ. Сладковатый аромат ударил в нос, и мягкое, тёплое прикосновение заставило всё тело застыть.

По мере того как лёгкое, как пух, давление становилось всё тяжелее, его разум побелел. Он не мог понять, что происходит и как это случилось.

На крошечном расстоянии от его лица Ю Ён прищурилась и моргнула. О чём она думает? С усилием она попыталась раскрыть его сжатые губы — её язык, влажный и настойчивый, нащупывал путь. Мягкое, влажное ощущение заставило волосы на теле встать дыбом.

Что это, чёрт возьми…

Хо Рюн резко отстранился, слегка оттолкнув её, но её тонкие руки ещё сильнее сжали его шею, притягивая обратно.

— Открой рот.

— Ха, командир… подождите, мм…

Он пытался осмыслить ситуацию, но её губы снова накрыли его. Её язык, не упуская момента, когда Хо Рюн заговорил, проскользнул внутрь. Он плавал, обвивался вокруг его собственного.

Когда он осознал, что это поцелуй, тело вспыхнуло жаром и задрожало. Но она, не обращая внимания на его жалкую реакцию, продолжала увлажнять рот. Горячая слюна заполнила его, и сладость вкуса Ю Ён заставляла Хо Рюна терять сознание.

Это точно нормально? — задала вопрос тонкая нить разума. Но её соблазнительное прерывистое дыхание перебивало связь. Почувствовав опасность от пульсации внизу живота, он оттолкнул Ю Ён, разорвав поцелуй.

Её лицо, блестящее от слюны до самого подбородка, выглядело сонным. В отличие от неё, ему уже не хватало воздуха. Судорожно дыша, он посмотрел на неё.

— Если не собираетесь идти до конца, скажите «нет» прямо сейчас, быстро.

— …

— Если начну, не остановлюсь.

Его дрожащий голос звучал жалко для предупреждения и выглядел скорее как мольба, чем угроза. Не говоря ни слова, Ю Ён посмотрела ему в глаза и снова потянулась к губам. Чем ближе становились её алые, пухлые губы, тем сильнее билось его сердце. Какой мужчина оттолкнёт любимую женщину, которая сама к нему тянется?

Нет, это не моя вина.

В тот момент, когда инстинкты, рожденные внизу живота, заговорили, его и без того хрупкая совесть раскрошились в прах. Зажмурившись, он пробормотал, глядя на её лицо, оказавшееся совсем близко:

— Теперь я ни за что не отвечаю… Я тоже пьян.

Когда их губы снова соприкоснулись, местом, где сплеталась их плоть, стал её рот, и инициатива перешла к нему. Он хотел попробовать больше. Хотел проглотить её губы и язык целиком. И когда она словно пыталась увернуться — он только сильнее прижимался, преследуя её убегающий язык. Словно одержимый, он менял углы, поглощая всё, что было Ю Ён.

Подчинённый инстинктам, его язык становился всё яростнее, и слюна, которую он не успевал сдерживать, текла по их губам. Дрожащие от нетерпения и возбуждения руки ощупывали её хрупкие плечи, ключицы и округлую грудь. Благодаря обострённым чувствам он мог ясно представить её изгибы, даже не глядя.

Когда он сжал грудь через грубую военную форму, Ю Ён выдохнула громче обычного, издав слабый стон:

— Ах…

Этот звук, ласкающий уши, и ощущение мягкой плоти под пальцами пронзили его член, вызывая жгучую боль в паху. Кипящее желание искажало зрение, разум был затуманен, не позволяя думать. Тело и мозг, перегретые, казалось, таяли.

Он буквально вдавился в лежащую на кровати Ю Ён, продолжая целовать её до потери дыхания. Стараясь усмирить дрожь в пальцах, он расстегнул пуговицы её формы. Поспешно проникнув внутрь распахнутой ткани, он вздрогнул от гладкости её кожи и опустил взгляд.

Под расстёгнутой формой был лишь небесно-голубой бюстгальтер, едва сдерживающий округлую грудь. Он и не думал, что под формой — сразу голое тело…

— Ха… Командир, вы с ума сошли?

Осознание, что белое, мелькавшее между расстёгнутыми пуговицами, было не футболкой, а её кожей, вызвало волну обиды за все те дни, когда он корил себя за похотливые мысли.

Он уткнулся лицом в её тонкую шею, вдыхая аромат. Мягкая кожа и сладкий запах кружили голову.

— Кого вы вообще соблазнять собрались, ходя так… Всё же видно! Из-за этой груди пуговицы еле держатся. Хватит разгуливать среди мужиков, источая этот сладкий запах, я вас умоляю.

— Голова… кружится…

Её речь стала ещё невнятнее — похоже, опьянение усилилось.

— Блять, до чего же мило…

Он уткнулся в её ключицу и, почти всхлипывая, пробормотал:

— Вот из-за такой беспечности, такие, как я, и липнут. Сколько я мечтал узнать о том, что под этой формой… Боюсь даже думать, что другие могли воображать то же самое.

Скользя губами по её белоснежной шее, он заметил, как она вздрогнула, будто от щекотки.

— Если вы так делаете, значит, разрешаете, да?

Он взял её лицо в ладони, заглядывая в глаза. Затуманенный взгляд отражал его расплывчато. Он не был уверен, осознаёт ли Ю Ён его вообще.

— Для вас я… хотя бы чуточку особенный, не как другие.

Он просто хотел в это верить. Ю Ён никогда не давала никому уверенности, и влюблённому оставалось цепляться за малейшие намёки, чтобы утолить жажду. Как и всегда, она не ответила. Лишь покрасневшее лицо и лёгкое движение бёдер, будто от смущения под его взглядом, говорили, что её слова об одиночестве были правдой.

— Понял, понял…

Чмок, чмок — он поцеловал её в лоб, веки, губы и скользнул ниже, уткнувшись лицом в грудь. На голубом кружевном бюстгальтере в центре красовалась маленькая жемчужина. Этот милый элемент, которого не было в его фантазиях, напомнил, что происходящее — реальность. И эта реальность была невероятно неожиданной и куда более возбуждающей, чем его воображение.

В такт бьющемуся сердцу его жёсткий палец очертил маленький круг на её груди. Затем, словно случайно, зацепил бельё и стянул его вниз. Когда бюстгальтер опустился, обнажился розовый сосок. Заворожённый его цветом, он нажал на него, и тут же послышался высокий стон.

— Ах… Щекотно…

Когда намерения стали очевидны, она дёрнулась всем телом. Протяжный, мучительный стон проник в барабанные перепонки, а прикосновение к чувствительной плоти под пальцами отозвалось волной по нервам, пронзив пах резкой, болезненной дрожью. Хо Рюн, снова зажмурившись, прижался бёдрами к её ногам и простонал:

— Ха… Сука, я же вчера дрочил…

Он был на грани — хотя даже не успел толком ничего сделать.

Глава 3