— В таком виде и пойдёшь?

Он уставился на её наряд как раз в тот момент, когда положил в рот очищенный до блеска зелёный киви. Щёки Риэллы раздулись, она кивнула.

— Угу. А что? Плохо?.. Странно?

Опустив взгляд на топ без бретелек, она беззаботно осматривала себя, пока над головой не прозвучал его ответ:

— Нет. Очень красиво.

Подняв голову, она увидела, как он берёт неразрезанное яблоко и говорит снова:

— Уже непонятно, что здесь цветок, а что — ты.

Он слишком хорошо знал, как ей нравятся такие слова. Она изо всех сил сдержала уголки губ, чтобы они не поползли вверх, но Аслан, наблюдая за ней, вместо этого сам улыбнулся. Его мокрые волосы соскользнули на лоб, когда он склонил голову — и это придало его лицу томное выражение. Преодолев соблазн, Риэлла ответила с показным равнодушием:

— Я и сама знаю.

Как же. Конечно, знаешь…

Что именно означал его взгляд, она поняла только позже, когда, наевшись до отвала йогурта с фруктами и орехами, пошла чистить зубы. Свежий засос на шее ярко виднелся в зеркале.

— Боже! — завизжала она и принялась стучать кулачками по стоявшему рядом мужчине, одновременно клея на шею огромный пластырь. Аслан, тем временем, спокойно прошёл в гардеробную и стянул с себя футболку, собираясь переодеться.

— А-а-а! — снова закричала Риэлла, увидев еле заметный след на его шее, и побежала к нему, чтобы заклеить и его тоже.

— Зачем прятать? Ты же сама говорила, что я — твой…

— А-а-ай! — она с криком зажала ему рот, явно жалея, что в тот момент была пьяна и ляпнула подобное. Аслан взглянул на неё с характерным выражением, ясно дающим понять, что он просто хотел её подразнить.

Он редко улыбался, и от этого его холодный взгляд казался ещё суровей — но только не с ней. Точнее, он особенно любил моменты, когда уверенная в себе Риэлла вдруг начинала смущаться.

— Нет, приклей. А то Дилан будет подшучивать. И вообще… — пробормотала она, и потом, покраснев до ушей, добавила:

— Я хочу, чтобы всё, что было между нами, знали только мы. А как вернусь — мы сделаем это ещё раз. Раз десять. Нет, двадцать.

Глупая логика. В её словах вообще не было никакой связи, но Аслан, по всей видимости, понял и принял их. Он посмотрел на неё странным взглядом, взял за запястье, отнял руку и, наклонившись, позволил ей аккуратно приклеить пластырь.

— Риэлла.

— А?

— Можно заменить это на что-нибудь другое?

— …Что?

Когда он прошептал это, её лицо тут же покраснело, будто она сама стала яблоком.

Наверное, это и есть то самое чудо — поворот времени вспять. Стоило им быть вместе, как они моментально превращались в детей.

Хотя тогда, в детстве, шея от поцелуев не болела. Аслан целовал её снова и снова, но в его взгляде не было ни капли игры — только жгучая тоска. И она, крепко зажмурив глаза, вцепилась в край одежды. Его рука, поднявшаяся к спине, накрыла дрожь, пробежавшую по позвоночнику.

* * *

Паб, где проходил концерт, и правда находился в пяти минутах от отеля.

Расположенное у пляжа заведение заливали потоки тёплого солнечного света — они хлынули в распахнутые окна террасы. Народу было много. Плакаты с анонсом, который они видели ранее, висели прямо на стене. До начала выступления оставалось ещё полтора часа.

— Интересно, все эти люди пришли посмотреть на Дилана? Или это заведение и так популярное? — пробормотав это себе под нос, Риэлла поправила маску, прикрывавшую глаза и нос.

Хилфорд славился своими масками, и туристические лавки были завалены ими на любой вкус. Некоторые дети и приезжие действительно гуляли в таких, так что маска не вызывала особого внимания. Риэлла купила её под предлогом сувенира, но настоящей целью было удивить Дилана. У неё была белая, у Аслана — такая же чёрная.

Высокая фигура Аслана выделялась в толпе, и хотя часть его лица была закрыта, резкие черты всё равно приковывали взгляды. Нельзя, нужно поскорее сесть куда-нибудь… Она уже потянулась за его рукой, чтобы увести его прочь, но...

— Риэлла.

Когда он тихо позвал и потянул её за руку, она обернулась — и замерла. На сцене кто-то сидел с акустической гитарой, и всё это время звучавшая музыка, как оказалось, исполнялась вживую.

Потрёпанные штаны цвета хаки, выцветшая белая футболка, плечи, скрытые чёрными волосами, яркие татуировки… Взгляд, поднимавшийся снизу вверх, остановился. Это был Дилан.

С виду он ничуть не изменился, но, может, из-за музыки, он казался чужим, почти незнакомым. Рядом с ним сидела девушка и напевала печальную песню, будто слышанную когда-то. Силуэт Дилана на фоне заката смотрелся удивительно гармонично.

Забыв обо всём, она стояла и слушала. Девушка закончила петь и ушла со сцены, а Дилан, даже не взглянув на зрителей, продолжал играть. Только когда он медленно остановился, к микрофону вышел парень, похожий на сотрудника паба, и наклонился:

— Пи-и-и! — визг микрофона притянул внимание публики.

— Все хорошо проводите время? Спасибо, что пришли в наш паб в этот выходной!

Риэлла успела спрятаться в толпу как раз перед тем, как Дилан поднял голову. Аслану пришлось наклониться, чтобы скрыться — всё же рост…

— В такой позе он всё равно… — начал он тихо, но, встретив её взгляд, замолчал. — Ладно, неважно.

— Как видите, перед началом концерта мы предлагаем выступить всем желающим! Есть желающие продолжить?

Риэлла поняла: та девушка тоже вышла спонтанно. Смех друзей, снимающих видео, доносился до них.

— Если желающих не будет, мы перейдём к основному выступлению.

Риэлла не сводила глаз со сцены, как птица, не способная покинуть пшеничное поле. Что это было — искушение? Возможно, потому что лицо спрятано маской. Или потому что золотистый свет был особенно красив. Нет. Всё неправда. Просто... Дилан, целиком поглощённый любимым делом, выглядел слишком счастливым.

— Хочешь выйти?

Мужчина рядом всегда умел читать её лучше, чем она сама. Риэлла медленно кивнула, и он, не торопя, распрямил спину. В тот момент, когда она поняла, что он рядом, её пальцы сжали его ладонь, а другая рука... поднялась сама собой.

— О, гостья в маске! Пожалуйста, проходите на сцену!

Она шла вперёд. Перед сценой отпустила его руку — он, как и ожидалось, тоже её отпустил. Взобравшись на подиум, она обвела взглядом публику.

— Вы выбрали песню?

— Нет, — тихо ответила она. — Просто… если он сможет подобрать аккорды на ходу, будет здорово.

Сотрудник шепнул это Дилану. Тот нахмурился и взглянул на сцену, но Риэлла быстро отвернулась. Узнал? Сердце заколотилось.

Вблизи людей оказалось больше, чем она думала. Несколько человек заинтересованно посмотрели на неё, маску и всё остальное. Раньше она пела только перед Асланом. На публике — впервые.

Сотрудник, спустившись, дал знак: можно начинать.

Риэлла замерла. Сердце громко ухнуло, свет рассыпался искрами по глазам.

На сцену-то она вышла, а вот петь внезапно стало страшно. Она уставилась в пол, прижала носки туфель к доскам сцены. Сзади гитара звякнула — как будто подгоняла. Она обернулась и… поймала взгляд Дилана. Через маску, сквозь музыку и воспоминания. Его бровь с шрамом, пирсинг… На лице удивление сменилось ошеломлением.

И тогда она улыбнулась.

Перед глазами промелькнули сотни образов. День, когда она впервые увидела его татуировки. Как они вдвоём в панике взвизгнули, услышав взрыв за окном. Как он осветил тьму сигнальной ракетой…

Каждый момент — как снежинки, прекрасные и невозвратимые.

Она сделала вдох… и начала петь. Песню она не выбрала, но это не имело значения. Сердце было переполнено. И как только она запела, люди, переговаривавшиеся у барной стойки, обернулись. Тени удлинились, и в переливе золотого света к ней присоединился звук гитары.

Услышь нашу историю. Запомни её. Спой со мной. Даже если пройдёт время и сменятся сезоны — пусть она звучит снова и снова…

Глава 155