Бип-бип-бип, бип-бип-бип…

Панель вспыхнула предупреждением, экран ожил, высветив схему разведывательного модуля. На первом этаже загорелся красный индикатор.

[Для безопасного взлёта закройте дверь отсека мобильного транспорта. Для безопасного взлёта закройте дверь отсека мобильного транспорта.]

— Это же вход для машины, — пробормотал Дилан, резко обернувшись. — Полина вернулась? Она пошутила, да? Вот же чувство юмора у неё… Старики вечно так: шутят с серьёзным видом, и все верят, — пробормотал Дилан, резко обернувшись с кривой усмешкой. Если эту искажённую линию губ вообще можно было назвать улыбкой.

Риэлла подумала о Джейде или Антоне, но не шевельнула губами. Не могла. Казалось, даже пальцем двинуть не в силах. Тошнота подкатывала к горлу. Полина не вернётся. Аслан и Ким всё ещё не здесь…

Вскоре дверь, видимо, закрылась — индикатор погас, и зонд возобновил подготовку к взлёту.

[Система питания в норме. Сканеры поверхности в норме. Система управления тягой в норме. Система связи в норме…]

— Нет, не взлетай, — прошептала Риэлла, очнувшись. — Люди ещё не вернулись…

Её дрожащие пальцы беспорядочно скользили по панели. Слова на экране расплывались, кнопки не поддавались. Экран игнорировал касания, будто насмехаясь.

— Прошу, остановись… Остановись! Это не то… — бормотала она.

— Сестра, снаружи… — голос Юрия, сжимавшего её запястье, заставил поднять голову.

Он что-то говорил и раньше, но она только теперь услышала. Сквозь переднее окно рубки в них смотрел огромный чёрный глаз — пустая бездна, зияющая дыра.

Бум! Пушка разнесла голову твари, и осколки щупалец брызнули на стекло. Изольда подавилась рвотным спазмом. Земля содрогнулась — монстр рухнул рядом с модулем. Но это не конец. В свете рубки на них обернулись не одна и не две твари. Как маяк на берегу, зажжённый для пропавших родных, что порой манит из ночного моря то, чего звать не следовало.

— На нижний этаж! — крикнула Риэлла, оттолкнув Юрия за руку, едва осознав происходящее.

Дзинь! Стекло лопнуло, и щупальце, не остановленное пушкой, пробило окно. Риэлла, выхватив пистолет, обернулась к Дилану:

— Уведи их вниз! Спрячьтесь с теми, кто вошёл, в тёмном месте без света!

— А ты что будешь делать?! — крикнул он.

Вместо ответа она открыла огонь по щупальцу. Бах, бах, бах! Каждый выстрел разрывал плоть, оставляя следы пуль на потолке зонда.

— Как-нибудь справлюсь! Уходите! Кто ещё тут умеет стрелять?

Неплохо. Даже наоборот — хорошо. Когда перед глазами есть на чём сосредоточиться, легче дышать. Есть дело, есть те, кого надо защитить. Я справлюсь. Не плачь. Если заплачешь — станешь слабой.

— Взлетай… нет, не взлетай… — бормотала она бессвязно, меняя магазин и снова стреляя.

С Асланом конец света не страшен. Но одной?

Люк за спиной захлопнулся. Скоро курок защёлкал впустую — патроны кончились.

Перед щупальцем, что змеёй рванулось к ней, Риэлла отступала, бессильная. Одна мысль билась в голове: продержаться, пока трое не спустятся. Чтобы все выбрались, чтобы поднялись. Но Аслан…

Хрусть. Что-то пронзило грудь. Риэлла, судорожно вдохнув, ощутила металлический привкус крови и тупую боль. Пистолет выскользнул из рук. Лязг. Модуль, мигнувший индикаторами, оторвался от земли.

Щупальце, вырвавшееся из раны под невесомостью взлёта, оставило её без опоры. Тело рухнуло на жёсткий пол. Задыхаясь, Риэлла, лёжа на боку, потянулась к пистолету. Алая кровь растекалась лужей. Надо защитить их. Не хочу снова кого-то терять…

— Хх… — всхлипнула она.

Аслан, знаешь, я боюсь смерти. Так сильно боюсь. Хотела сбежать, а не защищать.

— Хаа… хаа… — выдохнула она.

Но теперь я решила не отступать. Раскинуть руки и принять конец.

Приняла решение, а сердце всё равно разрывается. С тобой не страшно, но одной — невыносимо больно и жутко.

— Ни пуха ни пера… Ни пуха ни пера… Ни пуха… — шептала она, как ребёнок, сворачиваясь в комок. Слёзы застилали глаза.

Падающих звёзд для желаний не осталось. Чудеса не случаются дважды.

Но я хочу видеть тебя, а не солнечный свет. Жить под твоим небом. Я никогда не хотела умирать.

* * *

Когда падает метеоритный дождь, кажется, что звёзды умирают. Это не разумно, не логично, но так.

Из последней записи, оставленной мальчишками из Приюта в 2026 году, им было восемнадцать.

* * *

Я знаю это чувство. С того дня, как умерла мама, оно не отпускало.

Одиночество. В большом особняке под шумом проливного дождя — одна.

— Мне плевать на одежду. Я пришёл, потому что узнал о смерти и беспокоился за тебя, — сказал мальчик, откинув мокрые волосы, глядя прямо на меня.

Его глаза были как море. Шагни — и липкая сырость летнего зноя исчезнет без следа. Он знал это и небрежно поцеловал мне руку. От этого холод пробежал по телу, смывая тяжёлую боль, будто её и не было.

Но поцелуи — только для тех, кто любит. Если не в губы, это не считается? Он смотрел на меня так долго, что сердце колотилось. Так глубоко, что дрожь не унималась.

— Давай сбежим, Риэлла, — сказал он.

И я поверила этой лжи.

— Далеко, туда, где нас никто не найдёт.

Лжец.

Я ждала, но он не пришёл. В пустом особняке я снова осталась одна.

— Лукаса убили? — переспросила я.

— Убийцы — мальчишки из убежища, — ответила Сандра. — Я же говорила, Риэлла, они опасны, даже глаза поднимать на них нельзя. Боже, убили исследователя и сбежали.

Её слова окрасили мой побледневший взгляд страхом. Да, я была потрясена, скорбь терзала сердце, но тень на лице легла ещё и от осознания, почему Аслан не пришёл.

Почему? Я не верила, что это жестокость, как твердили Сандра и другие. Но ответа не найти. Он не вернулся.

Отец начал новый проект, названный «Бездна». Я не могла помочь с созданием разведывательных модулей, и моя жизнь вернулась в прежнее русло. Без потрясений, без перемен. Мир тек без него, неизменный, вечно повторяющий одно и то же.

Но почему сердце болит, будто в нём дыра? Я была как человек, что, потеряв конечности, всё ещё пытается встать. Сворачивалась в постели под одеялом, но дрожь от холода не уходила. Позже я узнала, что это чувство зовётся одиночеством, и оно давно знакомо людям.

Я была призраком этого особняка. Это стало ясно, когда в год появления Бездны в доме появился младенец, похожий на меня. Сандра занялась ею, а политические споры вокруг проекта поглотили всё внимание. Модули, стоившие астрономических сумм, едва не остались на земле. Лишь в 2032-м, когда первый зонд спустили, я узнала, почему союзное правительство медлило с одобрением.

Глава 125