В тот миг, как Элоиза это осознала, её лицо вспыхнуло. Сейчас леди Фэрфакс смотрела на неё как на «жалкое создание.»

Если бы это было лишь чистое сострадание, то ещё ладно, но Элоиза читала в её выражении лица и слабую радость.

Словно ей нравилась эта ситуация, в которой она могла сочувствовать Элоизе.

Но она не могла этого сказать вслух. Она ведь только что приехала просить о приюте. Доказать неприятное чувство, которое она испытала, можно было лишь её собственными ощущениями.

Что она могла сказать в такой ситуации?

— Мама!

В этот момент снаружи раздался высокий женский голос.

— Я же сказала, что очень занята! У меня нет времени таскаться с какой-то деревенщиной, неизвестно откуда приехавшей!..

Девушка, ворвавшаяся внутрь с пронзительным криком, увидев стоявшую там Элоизу, поражённо замолчала.

Это была девушка с длинными вьющимися светлыми волосами до пояса и голубыми глазами.

Платье было простого покроя, ниспадающее по линиям тела, но с таким роскошным узором, какого Элоиза никогда раньше не видела. Несомненно, это был заморский шёлк.

Может, она куда-то собиралась? Короткие перчатки до запястий тоже были из белого кружева с красивым узором.

Ей и раньше доводилось встречать дочерей богачей из Кэмбона, которые не жалели сил и средств на свои наряды.

Поэтому она думала, что уже привыкла к роскоши, но по сравнению с этой только что вошедшей девушкой, дамы из Кэмбона показались бы очень скромными.

Эта девушка, с ног до головы облачённая в вещи, которые любой счёл бы дорогими, и была…

— Беатрис.

Леди Фэрфакс мягко пожурила ворвавшуюся дочь.

— Веди себя как леди. Такой высокий голос тебе не идёт.

И на этом всё. Больше леди Фэрфакс не сделала никаких замечаний.

Словно она и не слышала слов «какая-то деревенщина, неизвестно откуда приехавшая.»

— Ты ведь её помнишь? Это Беатрис. Она будет тебе помогать. Поздоровайтесь. — Леди Фэрфакс сказала это так непринуждённо, что и Элоизе, и Беатрис стало неловко высказывать своё недовольство.

Когда они неловко поздоровались, леди Фэрфакс, словно успокаивая Беатрис, сказала:

— Элоиза в детстве уехала из столицы и совсем не знает здешней жизни. Так что помоги ей поскорее освоиться. Да, я напишу письмо по поводу собрания леди Синклер, о котором ты просила. Если пойдёшь с Элоизой, то я разрешу.

— Правда?

Она не знала, что это за собрание леди Синклер, но стоило леди Фэрфакс упомянуть о нём, как надутое лицо Беатрис тут же просияло.

— Спасибо, мама!

Беатрис поцеловала леди Фэрфакс в щёку.

— Честно говоря, по моим меркам, это не очень-то благородное собрание, но если хочешь узнать, что происходит в мире, или последние столичные новости, то лучше места не найти.

При этом леди Фэрфакс с досадой пробормотала, что в последнее время там стало слишком много военных.

— В любом случае, покажи Элоизе особняк и немного поговори с ней. А я поднимусь к себе отдохнуть. Вчерашний приём у графа Гранта затянулся, и я ещё не отошла.

Говоря это, леди Фэрфакс мельком взглянула на Элоизу. Словно ей было интересно, как Элоиза отреагирует на её слова.

Но как она могла отреагировать?

— Спасибо за гостеприимство. Тогда отдыхайте, мэм. — Элоиза ответила ей самым обычным и вежливым образом.

Леди Фэрфакс, выказав лёгкое разочарование от реакции Элоизы, вместе со служанкой вернулась на второй этаж.

Теперь в комнате остались только Элоиза и Беатрис.

Элоиза с улыбкой посмотрела на неё.

— Очень на тебя надеюсь, Беатрис. Как и сказала леди, я очень давно не была в столице, так что мне всё ещё незнакомо. Я могу совершить ошибку, так что если я поведу себя как-то невежливо, обязательно скажи мне. — На слова Элоизы Беатрис посмотрела с удивлением.

Несколько дней назад мать сказала ей, что из деревни приедет женщина на несколько лет старше неё.

Тогда она и не думала, что это её как-то коснётся. В таунхаус баронов Фэрфакс, у которых было много знакомых, постоянно приезжали и уезжали новые люди.

Поэтому она не обращала на это особого внимания, но сегодня мать вдруг позвала её и сказала, что какое-то время ей придётся ходить с этой женщиной, и её охватило раздражение.

Скоро начнётся зимний светский сезон. Сколько всего нужно было узнать: и о новой одежде, и о новых кафе, музеях, парках, которые становились популярными среди столичных джентльменов и леди. А ей велят нянчиться с деревенщиной.

«Но если я смогу пойти на собрание леди Синклер!»

Леди Синклер.

Женщина из столичной семьи среднего класса, которая во время войны пошла служить медсестрой и совершила большой подвиг.

За это она получила от королевы личный дворянский титул и вошла в светское общество.

Хоть она и была в возрасте, но, совершенно не интересуясь ни романами, ни браком, и ставя свою работу превыше всего, вызывала у некоторых пересуды, но при этом была очень весёлым и интересным человеком.

А главное, обладая широкими знаниями и культурой, она не только обсуждала последние события и то, что будет дальше, но и была в курсе всех последних столичных тенденций, так что любая девушка, вращавшаяся в свете, мечтала попасть на её собрание.

Нужно было туда пойти, чтобы заранее подготовить модные в этом году шляпки и платья.

А также можно было узнать темы для разговоров с благовоспитанными джентльменами.

Поэтому Беатрис тоже рвалась туда попасть, но леди Фэрфакс, гордившаяся своим статусом баронессы, терпеть не могла, чтобы её дочь общалась с женщиной из среднего класса.

И вот, она разрешила пойти на собрание, против которого так долго возражала.

Если она сможет туда попасть, то можно и потерпеть эту деревенщину.

К тому же, она думала, что та, услышав её слова, станет возмущаться, не было ли это невежливо, но её реакция, когда она с улыбкой попросила её научить, ей понравилась.

Иметь рядом одного такого человека, который будет поддакивать и подстраиваться под её настроение, было бы неплохо.

— Можешь не беспокоиться о прогулках по столице, Элоиза. Но я иногда буду обращаться с тобой, как строгий учитель. Но знай, что это всё из желания, чтобы ты не совершала ошибок в других местах. — Элоиза поняла скрытый смысл её слов. Это означало, чтобы она не винила её, даже если та будет вести себя невежливо.

Элоиза, словно ничего не поняв, со светлой улыбкой ответила:

— Конечно.

* * *

«Несколько дней спустя.»

— Элоиза, посмотри! Новое платье для приёмов привезли! Ну как?

Беатрис без стука распахнула дверь и вошла. Элоиза не стала указывать на это.

Вместо этого она с удивлением расширила глаза и легонько захлопала в ладоши.

— Боже, такой красоты я ещё не видела! Всё-таки, столичные портные — это совсем другое. О, этот блеск… это чей шёлк?

— Кринский шёлк. В столице его достать можно лишь в нескольких местах. — Когда Элоиза с восторгом похвалила платье, плечи Беатрис ещё больше расправились.

Служанки, следовавшие за ней, с удивлением заглянули в комнату из-за открытой двери.

Беатрис была девушкой с довольно сложным характером. Ещё мгновение назад она была в хорошем настроении, а через несколько десятков минут могла внезапно разозлиться и запереться в своей комнате.

Из-за этого, несмотря на её происхождение из семьи баронов Фэрфакс, у неё было мало близких подруг.

А новая девушка в мгновение ока подружилась с Беатрис и теперь вела себя с ней так, словно они были старыми подругами.

Беатрис, долго хвастаясь перед Элоизой новым платьем, вернулась в свою комнату.

«Наверное, вернётся, примерив его.»

Элоиза, глядя вслед Беатрис, подумала:

«Оказалось проще, чем я думала.»

Она могла бы оспорить её сочувственный и покровительственный тон, который почувствовала при первой встрече.

Но Элоиза выбрала другой путь.

Решила сделать вид, что не замечает их отношения.

«Сейчас так будет правильно.»

Сейчас, кроме дома баронов Фэрфакс, ей негде было остановиться. «Значит, придётся оставаться здесь.»

«Тогда зачем нарываться на неприятности?»

Это были люди, от которых ей так или иначе нужно было получить как можно больше помощи. Конечно, от отношения баронессы и Беатрис страдала её гордость, но сейчас нужно было терпеть.

«Сейчас главное — найти Райана.»

Элоиза, снова осыпая похвалами Беатрис, которая поспешно вернулась в другом платье, подумала.

Когда она найдёт Райана, то точно не оставит его в покое.

* * *

В то же самое время Райан, находившийся в Гилии, вдруг почувствовал озноб и потёр руки.

Зима, так что холодно — это естественно, но в пронёсшемся мимо ветерке чувствовался какой-то странный, ледяной холод.

Шмыгнув носом, он снова скрестил руки на груди и, словно ищущий подённую работу, склонил голову и прислонился к стене здания.

«Сколько времени прошло?» Когда его скрюченное тело начало ныть, из здания вышли те, кого он ждал.

Они, цокая языками, прошли мимо людей, похожих на бродяг.

Когда раздался их разговор на изысканном гилианском языке, неподходящем для этих трущоб.

— Так вот, леди Синклер…

Его слуха коснулось знакомое имя.

Глава 95