— К-как ты это…

Она собиралась посмеяться над растерянной Элоизой, но в итоге сама Джулия растерялась и запнулась.

— Ты думала, Эмили, услышав это, ничего мне не скажет?

— …

Она думала, что не скажет.

Ведь эта преданная служанка не выносит, когда её госпожа страдает.

Даже услышав такое, она бы, скорее всего, проглотила это, размышляя, как быть, и в итоге промолчала бы…

Пока Джулия стояла, не в силах вымолвить ни слова, Элоиза, коротко цокнув языком, открыла рот.

— Наверное, тебе было тяжело сдерживаться, так хотелось мне сказать. — Голос Элоизы был полон насмешки. От этого Джулию охватило раздражение.

— Я ведь из беспокойства говорю, зачем так язвить!

— Беспокойства?

Элоиза перестала собирать вещи и посмотрела на Джулию.

Её взгляд был настолько острым, что Джулия, которая до этого пыхтела и кричала, невольно вздрогнула и отступила на шаг.

— Если ты так беспокоилась, то сказала бы в тот же день, как услышала.

— Это…

— Джулия, скажи честно. Тебе было забавно смотреть, как я каждый день жду письма от Райана. — От этих слов лицо Джулии покраснело.

Как и сказала Элоиза, каждый раз, видя, как та сидит на въезде в деревню и ждёт почтальона, она чувствовала злорадство.

Думая, что она одна знает правду, она чувствовала себя ещё более уверенно, а Элоиза казалась ей смешной.

— А потом, решив, что пришло время, ты прибежала сюда, не так ли? — продолжала Элоиза с таким видом, будто Джулия была жалкой, и та снова закричала.

— Если бы я сказала раньше, ты бы не поверила!

— Наверное.

И на этот раз Элоиза спокойно ответила на её слова.

А сейчас поверит?

— …

— И, Джулия. Почему ты думала, что, скажи ты мне такое, я не поверю?

— Э-это…

На вопрос Элоизы Джулия не смогла ответить.

Причину, по которой все, услышав от неё такое, усомнились бы в её словах, Джулия знала лучше кого-либо.

Если бы она сказала, то все подумали бы, что она лжёт из зависти и ревности.

Не только Элоиза, но и её мать, и сестра.

— А сейчас ты думала, что я поверю?

От этих слов и без того красное лицо Джулии покраснело ещё больше. Ей хотелось что-то ответить, но она не находила слов. Чем больше она говорила, тем больше ей становилось стыдно.

— Если закончила, не могла бы ты уйти? Как видишь, я занята. — Элоиза, отвернувшись от Джулии, снова принялась собирать вещи.

Джулия, сжав кулаки, закричала:

— Делай что хочешь! Я пыталась уберечь тебя от позора, а ты меня лгуньей выставляешь! Поезжай в столицу и опозорься на весь мир!

Джулия выплеснула свои истинные чувства и резко развернулась.

Послышался грохот её шагов, спускавшихся по лестнице, словно она хотела её сломать. Затем послышалось, как она, вымещая злость, крикнула, чтобы ей уступили дорогу, а после того, как она ушла, — ворчание Эмили: «И что это с ней?».

— Ха-а.

Элоиза снова перестала собирать вещи.

Хоть она и вела себя с Джулией так, будто ей всё равно, но на душе у неё была буря.

Эмили тоже не сразу ей рассказала.

Она осторожно заговорила лишь тогда, когда Элоиза, услышав рассказ Абигейл, вернулась и сказала, что поедет в столицу: «Госпожа, на самом деле…».

Это было всего несколько часов назад, а тут ещё и Джулия пришла и растревожила её душу, так что было бы странно, если бы она была в здравом уме.

«Это правда?»

Она не думала, что Джулия всё выдумала.

Слишком уж хорошо она знала, как Ричард внезапно приехал ночью.

Но и в то, что у Райана есть другая женщина, она поверить не могла.

В этот момент в голове Элоизы всплыли образы женщин из романов, которые, ослеплённые любовью, отворачивались от правды.

Они, сколько бы им ни говорили, что у их возлюбленного есть другая, не верили и не хотели слушать.

И чем всё для них заканчивалось?

В итоге они, увидев своего возлюбленного и его женщину вместе, такими счастливыми, поворачивались и уходили.

«Но я не собираюсь так поступать.»

Рука, державшая одежду, сжалась.

Она бы точно не стала просто смотреть. Она бы тут же подбежала, схватила Райана за грудки и влепила ему пощёчину.

Этого, конечно, было бы мало, так что ей хотелось бы ударить его кулаком, но это, наверное, было бы трудно.

От одного этого представления рука, державшая одежду, задрожала.

Элоиза отпустила одежду и медленно попыталась успокоить дыхание.

Всё это лишь воображение.

«И…»

Элоиза по-прежнему верила Райану.

Человеку, который, рискуя жизнью, бросился спасать её во время оползня.

Человеку, который в ту ночь, когда они остались вдвоём в доме под проливным дождём, с невиданной доселе искренностью признался ей в своих чувствах.

До сих пор, стоило ей закрыть глаза, как она видела его спину, когда он подбрасывал дрова в камин, чтобы она не замёрзла.

За всю жизнь, кроме родителей, она не видела, чтобы кто-то так о ней заботился.

Поступки Райана в тот момент были такими, что, даже если бы всё это оказалось лишь игрой ради минутного развлечения, она была бы не против всю жизнь оставаться его игрушкой.

«Поэтому я поеду и узнаю всё сама.»

Почему вдруг прекратились письма. Кто такая Сильвия. И что случилось с Филиппом.

Она поедет и выяснит всё сама.

Глава 93