Не могло же у стен этого дома вдруг вырасти столько ушей.

— Ох!

— Кхм!

— О боже!

Странным образом, возгласы удивления людей за дверью раздались очень вовремя.

Элоиза с минуту сверлила дверь взглядом, затем решительно подошла и постучала изнутри, чтобы они услышали.

Топ-топ-топ! — впервые она стучала в дверь изнутри своей комнаты, но, похоже, ее намек был понят правильно. Из коридора послышались звуки поспешно удаляющихся шагов.

У нее не было желания упрекать родителей и Эмили за грубость. Наверняка они подслушивали, беспокоясь, не случилось ли с ней чего-то плохого.

Но то, о чем пойдет речь дальше, им слышать не стоило.

Элоиза обернулась. Там был мужчина, который все еще смотрел на нее покрасневшими глазами.

Мужчина, который все еще опасливо следил за ее реакцией, не зная, что делать.

Когда Элоиза молча посмотрела на него, на лице Райана отразилась целая гамма сложных эмоций.

Казалось, он жалеет о сказанном, но в то же время чувствует облегчение, и вместе с тем боится того, что последует дальше.

Очевидно было одно: хотя слова вылетели из него так просто, он мучился и страдал из-за них очень долгое время.

И что он никому, кроме нее, об этом не говорил.

Иначе он бы не выглядел таким потерянным и готовым расплакаться.

Элоиза вернулась к нему и взяла за руку, затем подвела к дивану и села рядом с ним.

— Боюсь, чаю больше не принесут, — сказала она мужчине, смотревшему на нее с мольбой. — Думаю, нам нужно поговорить еще немного.

* * *

В тихой комнате раздавался треск горящих в камине дров.

Райан смотрел на Элоизу, которая уснула, положив голову ему на плечо.

Хотя он вытирал их несколько раз, на ее щеках все еще виднелись следы слез.

Долгое время Райан рассказывал Элоизе все о себе.

Честно говоря, Райан не испытывал особых чувств по поводу своей жизни до сих пор. Или, по крайней мере, так думал.

Но когда он начал рассказывать об этом Элоизе, вопреки его ожиданиям, ему приходилось несколько раз переводить дух.

Сначала он думал, что это нерешительность из-за того, что он раскрывает свои самые постыдные тайны. Но когда он рассказывал о том, как попал в монастырь, будучи практически проданным, и о побоях и издевательствах, которые перенес там, язык против воли начинал заплетаться.

И каждый раз Элоиза гладила его по руке, словно говоря, что все в порядке.

А к концу его рассказа плакала уже сама Элоиза.

— ...

Райан смотрел на спящую девушку, а затем слегка пошевелил плечом, чтобы ей было удобнее.

Может, из-за этого? Веки Элоизы слегка дрогнули, словно она проснулась.

— Кха!

Элоиза слабо кашлянула. Услышав этот звук, Райан почувствовал, как с него мгновенно слетает дремота.

— Элоиза? Вы в порядке?

Если подумать, когда они прятались в особняке, она кашляла кровью.

Пусть здесь ее и осмотрел врач, такое не проходит быстро. К тому же он вспомнил слова мистера Севертона о том, что зимой она страдает от болезни, перенесенной в детстве.

— Я в поряд... кха!

В тот момент, когда Элоиза, выглядящая совсем не в порядке, отвечала...

Бах-бах-бах!

Снаружи раздался стук, словно дверь хотели выломать.

— Леди? Леди? Вы в порядке? Я вхожу! — Эмили прокричала это снаружи и, распахнув дверь, ворвалась внутрь. — Леди!

Подбежавшая Эмили оттолкнула Райана в сторону и поддержала Элоизу, продолжавшую покашливать.

Она тут же осмотрела Райана и комнату, а затем, увидев, что огонь в камине сильно угас, громко воскликнула:

— Боже мой, если огонь так ослабел, вы должны были позвать меня! В комнате уже холодно!

— Нет, мне кажется, не настолько...

— Молчите, леди!

Эмили, подняв суматоху, потихоньку оттеснила Элоизу от Райана.

Услышав крики Эмили, вскоре вошли и чета Севертон.

Миссис Севертон тут же вместе с Эмили начала проверять состояние Элоизы, похлопывая ее по спине. А мистер Севертон подошел к Райану и сказал:

— Думаю, Элоизе пора отдохнуть.

Райан бессильно кивнул. То, что им дали время поговорить наедине, уже было большой уступкой со стороны мистера Севертона.

Услышав слова мужа, миссис Севертон, словно только этого и ждала, поддержала Элоизу и повернулась, чтобы уйти.

При этом она сказала резким тоном:

— Теперь все разговоры окончены? Значит, вам больше незачем приходить, подполковник Уилгрейв.

Элоиза испуганно воскликнула: «Мама!» — и схватила ее за руку, но миссис Севертон продолжила, не останавливаясь:

— Пусть я и схожу с ума от желания выдать тебя замуж, неужели ты думала, что я одобрю мужчину, который только и делал, что врал и подвергал тебя опасности?

Очевидно, слова были обращены к Элоизе, но кололи они сердце Райана.

Райан ничего не мог ответить и опустил голову, а миссис Севертон фыркнула и увела Элоизу.

— Ну что ж.

Мистер Севертон посмотрел на Райана и жестом пригласил его снова сесть.

— Теперь поговорим мы с вами.

* * *

— Хуа-а-ам...

Ричард протяжно зевнул и откинулся на спинку стула.

— Вроде бы более-менее закончили...

В руках он держал отчет о ликвидации последствий теракта.

Документ, предназначенный для доклада руководству, был составлен аккуратно и содержал ответы на все вопросы, которые могли возникнуть.

Первое, что бросалось в глаза, — это, конечно же, информация о леди Синклер.

Поскольку она получила множество травм, ее сначала нужно было вылечить. Но как только она восстановила силы, то попыталась сбежать из военного госпиталя, и в процессе пострадало несколько человек.

В итоге за это поведение королевский двор лишил ее всех титулов и имущества, а также приказал стереть ее имя из всех записей.

Это был не просто приказ стереть память о ней.

Это было объявление о том, что отныне человека по имени Мария Синклер не существует, и поэтому любые действия в ее отношении не будут считаться преступлением.

Ее утащили в комнату для допросов, где собрались солдаты, потерявшие товарищей в этом теракте.

О том, какие бесчеловечные вещи там происходили, Ричард предпочел не думать.

Несколько дней спустя Синклер призналась в соучастии нескольких еще не раскрытых членов королевской семьи и дала показания о других уликах.

Вскоре после этого в отчете значилось, что она покончила с собой, воспользовавшись моментом, когда охрана ослабила бдительность.

— Хм.

Он решил не задаваться вопросом, правда ли это. Ведь это все равно ничего не изменит.

Пока Ричард просматривал отчет дальше, дверь открылась без стука, и вошел Филипп.

Ричард повернул голову и невольно фыркнул от смеха.

Филипп славился своей безупречной опрятностью. Но сейчас у Филиппа были опухшие от слез глаза, а вид — растрепанный.

И тут Ричард заметил слабый красный след возле его губ.

— Похоже, разговор с леди Абигейл прошел хорошо?

При словах Ричарда Филипп вздрогнул и посмотрел на него. Взгляд говорил: «Откуда ты знаешь?»

— Чего ты так удивляешься? Я знаю, что ты снял несколько номеров на верхнем этаже отеля «Грандия» на свое имя для семьи Огилви. Значит, приехала леди Абигейл. А раз ты с утра вырядился и ушел с решительным лицом, то очевидно, что ты пошел объяснять ситуацию и умолять о свадьбе заново.

С этими словами Ричард похлопал себя по щеке.

— След остался.

— !..

Услышав это, Филипп в панике бросился в ванную.

Несмотря на это, Ричард, хихикая над лицом друга, на котором сияла улыбка, поднялся с дивана.

У Филиппа все прошло хорошо, но, откладывая отчет, он тяжело вздохнул.

Этот отчет все еще не был отправлен руководству, потому что один вопрос так и не был решен.

Похоже, он действительно собирается умереть.

Ричард вспомнил имя Райана Уилгрейва, которого не было нигде в отчете.

Последние несколько дней Райан уходил на рассвете и возвращался поздно ночью. Выражение его лица не было ни хорошим, ни плохим.

Видимо, у него дела шли труднее, чем у Филиппа.

— Ну, это дело Райана, мне не стоит вмешиваться, но...

Ричард, глядя на последнюю страницу отчета, усмехнулся.

— Но для чего же нужны друзья?

Его взгляд упал на новую информацию об особняке, где был пожар.

* * *

На следующий день.

— Мы должны поехать в особняк вместе?

Элоиза с удивлением спросила Райана, который принес приказ с подписью военного ведомства.

Глава 147